"Публичное расследование" по "делу А.Литвиненко"

В 2014 году судебные власти Великобритании приостановили коронерское расследование обстоятельств смерти А.Литвиненко, в котором Следственный комитет Российской Федерации имел статус «заинтересованной стороны» и оказывал активное содействие британскому расследованию вплоть до июля 2014 г., когда было объявлено о начале т.н. «публичного расследования», инициированного британским правительством.
Обратите внимание, о проведении «публичного расследования» было объявлено британским правительством сразу после трагедии, произошедшей с малайзийским авилайнером на Украине, спустя почти десять лет после смерти А.Литвиненко.
Формат расследования вызывает, мягко говоря, недоумение. То есть, получается, что инициированное правительством Великобритании расследование, де-факто этим же правительством и засекречено, то есть материалы рассматриваются в основном на закрытых слушаниях «для своих», как мы понимаем, при участии председателя и британских спецслужб. Каким будет итоговый доклад, не трудно предугадать. Тем более, что вопрос об ответственности британских спецслужб повесткой дня «публичного расследования» не был унаследован от коронерского суда.
Что касается открытых слушаний, то та надрывная риторика, которая ежедневно исходила на публику от ряда основных участников и британских СМИ, также свидетельствует лишь о предвзятости расследования и его очевидной политизации. На это указывает «легализация» юристами расследования на открытых слушаниях в качестве «веских» свидетельских показаний очевидных нелепиц и пустых домыслов в адрес Российской Федерации, а также в адрес потерпевших россиян (а мы их считаем именно потерпевшими), - из уст целого ряда подобранных свидетелей, не вызывающих доверие. Среди них - и профессиональные русофобы, и перебежчики. Были там и люди, скрывающие свои имена от общественности, анонимные свидетели, чьи показания, тем не менее, озвучивались на «публичном» процессе. И наконец, о том, что полоний имеется не только в России, наших оппонентов особо не интересует.
Весь этот формат похож на фокусы в темной комнате.
К тому же возникает и ряд других вопросов. К примеру, почему до начала «публичного расследования» на территории Англии при загадочных обстоятельствах скончались ключевые свидетели. Так, был убит Дэвид Вест, владелец лондонского ресторан «Абракадабра», где завсегдатаями были А.Литвиненко и Б.Березовский и где за два дня до встречи А.Литвиненко с А.Луговым и Д.Ковтуном уже имелись следы заражения полонием. Смерть Б.Березовского, который намеревался вернуться в Россию, тоже наступила в Англии, и тоже до начала расследования, а коронером по его делу был вынесен "открытый вердикт", то есть версия о его самоубийстве до сих пор не подтверждена.
Интересы британских спецслужб, а они, по замечанию Дж.Ле Карре, являются «духовным домом» британской политэлиты, - один из ключевых факторов сложившейся ситуации. Либо они давали визы А.Луговому и Д.Ковтуну, чтобы на них «повесить» это дело, зная, что мы их не выдадим, а значит, и не будет надобности в открытом суде. Либо вообще запутались в своих играх с А.Литвиненко и Б.Березовским (а теперь общеизвестно, что они работали на британские спецслужбы), и попросту не хотят, чтобы вскрылась их институциональная некомпетентность и откровенная глупость. Важно и то, что в период после «потери империи» британский истеблишмент «поставил» на разведку как статусо-образующий фактор в своем международном позиционировании. То есть «дело А. Литвиненко» затрагивает оголенный нерв всей британской внешней политики и самосознания истеблишмента. Таков его британский контекст, и он, надо полагать, решает все.
Как стало известно в ходе слушаний, опытные, казалось бы, британские юристы аппарата расследования, неоднократно контактировали с потенциальными свидетелями, находящимися в Российской Федерации, в обход российских компетентных органов и в нарушении законодательно закрепленных процессуальных норм.
По британскому законодательству это также нарушение закона. То есть в Великобритании нельзя, а в России можно.
В свое время мы оказывали помощь британскому расследованию и открыли свое. Но где-то в начале 2007 года у британской стороны ко всему пропал интерес. Отсутствие ясности в этом вопросе, а ее и должно было внести коронерское расследование, использовалось в целях дискредитации России. Да и сейчас, как видно из перипетий расследования, оно повторяет все изгибы политической конъюнктуры, прежде всего политической линии Лондона на российском направлении.
Как представляется, в отсутствие на протяжении ряда лет полной информации и всех фактов, а также самого состязательного процесса в отношении имеющихся свидетельств, в этом деле, как в никаком другом, не может быть слишком много гласности. Только правда, вся правда и надлежащий процесс ее установления могли бы содействовать преодолению этого искусственного раздражителя в российско-британских отношениях. Но этого не происходит.