«Российские авиаудары не разрешат кризис», потому что они российские? (статья Генерального консула России в Эдинбурге А.А.Прицепова)

Прочитав ваши редакторские статьи «Российские авиаудары не разрешат кризис» от 30 сентября 2015 г. и «Нужно усмирить одинокого волка» от 2 октября, я не мог не заметить, что они являют собой диаметрально противоположную позицию в сравнении с предыдущими публикациями (например, от 17 июля «Консерваторы снова предстали в очень плохом свете» и от 21 июля «Премьер министр должен активнее бороться с ИГ»).
Два месяца назад газета «Скотсмен» в числе прочих приводила следующие доводы: «ИГИЛ ужасающая и варварская организация, которая представляет явную и непосредственную опасность для всех, кого она считает врагом, то есть практически для всех тех, кто не входит в ИГИЛ. Нужно приветствовать авиаудары по этой угрозе. Существуют убедительные доводы, согласно которым страны, противостоящие ИГИЛ, должны начать более активные боевые действия». Утверждалось также: «Исламское государство – это яд, которому необходимо противодействовать. Борьба с ИГИЛ должна вестись по ряду направлений, включая авиаудары по организации в Сирии и Ираке».
Аргументируя столь эмоционально в пользу военного вмешательства для противодействия этой самой «угрозе» вы сейчас приходите к заключению: «Российские авиаудары обострили международную напряженность до новых пределов» и предсказываете «вызывающую обеспокоенность нестабильность», требуя «оказать международное давление» на мою страну для того, чтобы остановить действия, к которым вы сами и призывали.
У такого кардинального переосмысления должно быть логическое объяснение. За последние два месяца должно было произойти нечто экстраординарное, что заставило вас так радикально изменить свои аргументы. Нечто подобное и в правду случилось. 420 дней бомбардировок ИГИЛ, 7 тыс. боевых вылетов, из них 2 тыс. в одной только Сирии оказались неэффективными. Они привели лишь к острому кризису, вызванному наплывом беженцев в Европу, существенному расширению территорий подконтрольных ИГИЛ в Сирии и Ираке, разгулу террора, бесчеловечным злодеяниям и страданиям гражданского населения. У России не осталось другого выбора, как осуществить военное вмешательство против «угрозы ИГИЛ» пока еще не слишком поздно. Для обеспечения максимального эффекта от этой операции мы действуем не в одностороннем порядке, а в тесном сотрудничестве со странами, вовлеченными в конфликт, предоставляя поддержку с воздуха сражающимся сухопутным войскам в их наступлении на позиции ИГИЛ в Сирии.
Кампания по представлению в ложном свете наших действий не была чем-то неожиданным. Более того, она началась еще до того как российские самолеты взлетели в Сирии с прогнозируемого вброса «неподтвержденных историй» о жертвах среди гражданского населения и об ударах по не тем радикалам не в тех местах. Похоже, что эти прайм-тайм спекуляции даже оставили в тени освещение вполне подтвержденных, настоящих новостей, включая немыслимую трагедию в г. Кундузе, когда во время авиаудара по госпиталю «Врачей без границ» заживо сгорели пациенты. Кстати, эта история еще не была прокомментирована газетой «Скотсмен».
Вы вполне обоснованно соглашаетесь с тем, о чем Россия говорила, начиная с самого первого дня, а именно, что конфликт в Сирии носит комплексный характер. Однако другая часть наших аргументов состоит в том, что только сирийцы должны решать свою судьбу, и что Сирия заслуживает всяческой международной поддержки в борьбе с терроризмом и в создании необходимых предпосылок для проведения демократических выборов.
Полемика против российских авиаударов по террористам не положит конец конфликту, а как раз наоборот. Сейчас, когда ставки столь высоки, пришло время прекратить заниматься политической рисовкой и сконцентрироваться на устойчивом и долгосрочном урегулировании, которое может быть достигнуто только объединением усилий по устранению террористов и достижением путем многосторонней дипломатии справедливого политического урегулирования, гарантирующего Сирии будущее в качестве стабильной, светской и демократической страны. Россия активно вовлечена в достижение этих двух целей и открыта для сотрудничества.